Практика

Как я перестала нервничать и стала хранить велосипед на улице

Я уже пять месяцев храню велосипед на улице и за это время с ним ничего не случилось. Как вы думаете, почему?

Полтора года назад мне сделали операцию на позвоночнике. Ездить на велосипеде мне после неё, вроде как, можно, а поднимать больше пяти килограмм — точно нельзя. Я живу в доме без лифта (точнее, он начинается со второго этажа, а я как раз на втором), так что с самого начала было понятно, что велосипед, хотя бы время от времени, придётся хранить на улице. Где-то за неделю до операции я купила здоровенный юлок Kryptonite, это была инвестиция в светлое будущее.

К весне 2017 года я окончательно окрепла и решила, что пора начинать ездить на велосипеде более-менее регулярно, но мысль о том, чтобы перманентно держать велосипед под открытым небом, меня всё еще смущала. Первые дни я запрягала родных, чтобы они помогли затащить его в квартиру. Не сказать, чтобы родные сильно радовались, удобства это не добавляло никому. Рассматривался даже вариант с покупкой какой-нибудь простой недорогой модели типа “Аиста”, чтобы было не так обидно, если велосипед всё-таки сопрут. Вероятность этого казалась достаточно высокой.

велосипед

Велосипед привез покупки домой.

Но, согласитесь, покупать новый велосипед для регулярных поездок, имея при этом в квартире два других, уже изрядно амортизированных, — странный способ потратить деньги. Короче, этот момент настал — мой Linus заночевал под открытым небом. Первые несколько дней я просыпалась средь ночи и бежала к окну проверить, на месте ли он, но уже через неделю интересовалась сохранностью велосипеда только утром, и как то раз оставила ночевать на улице “стриду”. Да, я в курсе, что это складной велосипед, который специально придумали, чтобы его можно было легко таскать туда-сюда. Но он весит десять килограмм — для меня это слишком много.

Переходный момент наступил незаметно. Как-то я безвылазно провела дома два дня. О том, что велосипед стоит на улице, я вспомнила ближе к вечеру второго, случайно выглянув в окно. С мая по октябрь Linus ночевал дома всего пару раз, по случаю каких-то страшных ливней и штормовых предупреждений  было боязно, что на него свалится дерево.

велосипед

Несколько раз я использовала велосипед для транспортировки агитационных материалов.

Дождь по началу был для меня отдельной статьей беспокойства. Лето, если вы помните, было дождливым, так что я купила в магазине it’s my bike! попонку и первый месяц исправно укутывала в неё велосипед. Потом мне это надоело — попонка слетала от ветра, её требовалось сушить, а хранить ее приходилось на заднем багажнике — в скомканном виде она придавала велосипеду бомжицкий вид. К счастью у меня сидение из кожзама, Brooks я решила не покупать, а грипсы при необходимости поменяю — пока они сохраняют товарный вид.

Бывают, конечно, неожиданные проблемы. Однажды, возвращаясь домой поздно вечером, я обнаружила на дверях подъезда объявление о предстоящей обрезке деревьев с призывом к автовладельцам отогнать машины подальше. Я не приняла это на свой счёт, — у меня же не машина. На следующее утро откапывала велосипед из под кучи веток. За исключением этого случая, за пять месяцев я не зафиксировала никаких посягновений на мой транспорт. Единственная потеря — разбитая передняя фара. Велика вероятность, что я сама ее раскокала, паркуя велосипед к забору в темноте. Несколько раз я забывала на руле съемную фару Brooks, и утром находила её там же где оставила.

Вы видели все эти вечно пустые велопарковки на улицах Москвы? Дело не в отсутствии велосипедов — люди просто стараются не выпускать свой транспорт из поля зрения.

Когда я говорю, что держку велосипед на улице, люди удивляются моей отваге. Они слышат слишком много историй об угоне велосипедов и не рискуют оставлять велосипед без присмотра на целую ночь. Вы видели все эти вечно пустые велопарковки на улицах Москвы? Дело не в отсутствии велосипедов — люди просто стараются не выпускать свой транспорт из поля зрения, и при всяком удобном случае несут его в помещение. Этим летом во время муниципальной кампании я целый месяц ходила агитировать избирателей по квартирам — в редком подъезде жители не хранят велосипеды на лестничных клетках. Наверняка, они пребывают в уверенности, что это куда куда надежнее, чем оставить велосипед на улице. На самом деле всё как раз наоборот.

Чемпионат велосипедных угонщиков

В том, что мой велосипед по-прежнему цел и невредим, нет ни чуда, ни какого-то особого везения. Всё закономерно. Я попросила в Фейсбуке людей, чей велосипед был угнан, поделиться подробностями кражи — оказалось, что в большинстве случаев его “уводили” из подъезда. Наличие камеры мало помогало в предотвращении кражи и поисках украденного — на записи были видны какие-то чуваки с капюшонами, натянутыми на нос. Велосипеды воровали даже там, где между лестничной клеткой и дверью квартиры есть закрывающийся на ключ тамбур. Преступников это не останавливало.

Чаще всего велосипеды воруют из подъездов.

Совладелец магазина CityCycle Владимир Лосинский, говорит что проводил самостоятельное исследование этой темы и может подтвердить, что велосипеды воруют чаще всего из подъездов. Один добрый человек показал мне официальную статистику — там та же картина. Три четверти велокраж приходятся на подъезды. Самое удивительное, что воруют чаще всего при свете дня, а вовсе ночью.
Есть несколько объяснений тому, что из подъездов воруют чаще, причем, друг другу они не противоречат.

Наличие замков и железных дверей снижает бдительность — многие велосипеды хранятся вообще без крепления или на тросе, который легко перерезать.

Во-первых, вполне логично, что чаще всего велосипеды воруют там, где они обычно хранятся. В отличие от Амстердама и других городов, где уличные велокражи — дело обычное, наш велвор адаптировался к местным реалиями и заточен на работу по подъездам. Во-вторых, владельцы велосипедов сами упрощают ворам задачу. Наличие замков и железных дверей снижает бдительность — многие велосипеды хранятся вообще без крепления или на тросе, который легко перерезать. На улице все наоборот — люди подходят к выбору средств защиты с повышенным вниманием. Я купила свой юлок после того, как выяснила, что в некоторых странах Kryptonite страхует своих покупателей от угона, причем, в первый год страховка бесплатная.

Болторез — любимое орудие угонщика. ОН легко перекусит любой трос.

В-третьих, есть такая штука как социальный контроль. Даже ночью, воруя велосипед где-нибудь во дворе, есть шанс попасться на глаза припозднившемуся прохожему или жильцу, который коротает бессонницу, глазея в окно. Попасться на глаза в подъезде сложнее — ночью для этого нужно поднять серьезный шум, днем о приближении посторонних вора предупредит шум лифта или шагов. В этом смысле воровать днем действительно проще — большинство на работе, дома только бабушки.

Так что храните велосипед во дворе, при наличии хорошего замка так он будет целее. Для этого вовсе не нужны велобоксы, появление которых уже который год анонсирует замруководителя дептранса Алина Бисембаева. Велобоксы нужны на пересадочных узлах, где социальный контроль ослабевает из-за большого числа людей и всеобщей спешки. Во дворах будет достаточно удобной велопарковки с небольшим навесом от дождя. Появление этих парковок наверняка способствует росту числа поездок — если велосипед уже стоит во дворе, его не надо таскать туда-сюда по лестнице и катать на лифте, пользоваться им гораздо удобней. Велосипед, запаркованный на последнем этажах многоквартирного дома, напоминает кухонный комбайн, припрятанный на верхней полке кухонного шкафа — вы редко о нем вспоминаете и еще реже им пользуетесь. Хорошо востребовано только то, что всегда под рукой.